Информационно-образовательный портал
Всегда на Первой
24 сентября 2017 г.
КОД ТАРАСЕВИЧА

О чем мурчит «Кот Шредингера», и как заставить научную журналистику в России зарычать по-львиному

До сих пор верите, что писать о науке весело невозможно? Тогда мы и Григорий Тарасевич идем к вам. Главный редактор научно-популярного журнала «Кот Шредингера» в рамках фестиваля «Вместе медиа. Северо-Запад» провел несколько мастер-классов для журналистов, пишущих на научную тематику. О том, что на самом деле по ту сторону Луны, и почему об этом никто не знает, а также другие проблемы освещения науки в нашей стране.

Голова профессора Доуэля

Тарасевича можно назвать машиной-демолятором, которая сравнивает с землей ветхие дома. Только в нашем случае он разносит в пух и прах закоренелые стереотипы о научной журналистике. Например, то, что писать о науке можно только сложно и скучно. Это не так. У него же как-то получается писать так, что все зачитываются его колонками в «Русском репортере». На самом деле мы просто не умеем писать о науке по-другому.

В российской журналистике почему-то укоренилось представление, что в центре всего должен быть человек. Если текст о новом медицинском препарате, то на фото к нему обязательно должен быть ученый, его разработавший, строго в анфас, на белом фоне, 3*4 и, чтобы было видно брови и уши. Если передача о космосе, то журналист умудрится и в нем засветиться. Говорящие головы повсюду. В программах BBC или Discovery, например, наоборот – в центре сама наука, а люди чаще всего за кадром. И никто ведь не скажет, что от этого зарубежные программы хуже.

А только ли наша в этом вина? Моду диктует само научное сообщество. Зайдем на сайт любого ВУЗа или научно-исследовательского центра. На последнем заседании кафедры были рассмотрены такие-то и такие-то вопросы, выступили с докладами такие-то и такие-то. А какие ответы на эти вопросы, и о чем говорится в докладах – не говорят, партизаны. И для сравнения зайдем на сайт Масачусетского Университета: обнаружен ген, который отвечает за выбор ориентации, и это поможет спрогнозировать, кем родится ваш ребенок, и заранее подготовиться к его выбору, если он не традиционный, а в перспективе можно будет воздействовать на этот ген еще на стадии планирования семьи. А что думает по этому поводу чинный дяденька из администрации этого Университета – ни слова. Это абсолютно два разных подхода к популяризации науки. Плюсы есть у каждого, но зарубежная практика – это больше история о достижениях науки, а не о самом ее существовании.

Губит людей не пиво…

Науке нужны молодые ученые и свежая кровь. Но прибавится ли в ее полку, если рекламировать ее будут гипсовые бюсты почетных академиков? Журналисты повторяют ошибки научного сообщества и пишут о науке чинно просто потому, что не знают, а как еще-то? Тут нам стоит поучиться у пивоваренной компании «Балтика». Да-да, вы не ослышались. «Балтика» запустила проект «Made By Russians», суть которого в том, что каждая банка их продукта рассказывает историю обычного русского человека, добившегося мирового признания в своей профессии. Там и фотографы, и арт-директоры, и инженеры, в том числе есть и ученый Артем Оганов. Наш с вами соотечественник, молодой и симпатичный, и, между прочим, номинант на Нобелевскую премию в области химии.

Конечно, идея тиражировать фотографию ученого на банке пива – спорная. Но ведь это работает!

«Из науки надо делать шоу, чтобы ее достижения были известным и понятны каждому. Но почему-то производители пива поняли это раньше.»

«Пусть говорят»

Допустим, мы нашли интересную тему и продумали, под каким соусом ее подать. Что дальше? Поговорить с самим ученым. Но не с каждым можно еще договориться о встрече. Кто-то боится, что его идею украдут, и поэтому сидит мышью в своей лаборатории. А кто-то, наоборот, готов говорить обо всем, что знает, но не о том, что интересует журналиста. Существует два типа научного сотрудника: первый – типичный «белохалатенец», скрытный, неразговорчивый, неуверенный в себе; второй – открытый, болтливый и интересный. Разница между ними в том, что о вторых писали уже все и не один раз. Естественно, если человек легко идет на контакт. И чем чаще он выступает в прессе, тем уверенней себя чувствует. А первые – это закрытая книга, очень познавательная, но закрытая. Тогда как журналисту подобрать к ней ключ?

Григорий Тарасевич советует, во-первых, подготовиться к интервью. Это значит прочитать хотя бы аннотацию к исследованию и запомнить ключевые термины. И начинать беседу лучше с них. Так, например, столкновение метеоритов по-научному называется импактным событием. И если в начале интервью использовать именно этот термин, то вы моментально расположите к себе собеседника. Также не так страшно признаться в том, что вы в этом совершенно не разбираетесь, но при этом знаете, что такое импактное событие. Это значит для ученого, что вы еще не совсем потеряны. Есть контакт!

Дальше по большей части начинает говорить ученый. Он может говорить много интересного, но не по существу. Вернуть его в нужное русло – задача журналиста. Многие этого не делают, потому что боятся либо спугнуть собеседника, либо включают программу «студент – профессор». Эта проблема больше касается молодых журналистов и преимущественно девушек. Имеется в виду то, что после нескольких лет за партой в институте, привыкаешь к тому, что любой ученый, исследователь – твой преподаватель, которому ты должен сдать экзамен. Поэтому ты ему не перечишь, всегда киваешь головой и смеешься над его «якобы» шутками. Направлять ученого журналисту нужно, иначе он просто не получит достаточно материала на заявленную тему. А еще нужно заставлять детализировать. И тут в помощь волшебное слово «например».

В качестве эксперимента из зала выбрали девушку, которая должна рассказать о материале, который она готовит к публикации. Остальные должны допытаться, что в нем будет. Получилось так, что несколько раз подряд, когда мы не получали конкретный ответ, мы добивали ее своим «например». В результате девушка стала нервничать. Григорий Тарасевич считает, что нет ничего страшного в том, чтобы работать по принципу заезженной пластинки, ведь главное – получить информацию.

Бонусы для каждого покупателя

Для журналиста есть куча бонусов в том, чтобы писать о науке. О них я пишу целенаправленно в конце материала, чтобы бесценными знаниями и возможностями обладали только те, кто дотерпел и дочитал, да и мне меньше конкурентов будет.

Научно-популярная журналистика – это непаханое поле. Если все истины давно прописаны в пословицах и поговорках, то наука – это мир, который нам еще предстоит открыть. В доказательство преимущества работы на научные темы над любой другой Тарасевич проводит параллель между наукой и спортом. Вот, «хомосапиенсы» с помощью нижних и верхних конечностей передвигает объект из кожи, напоминающий молекулу фуллерена. Интересно. Но вопрос: спортивные обозреватели же пишут об этом каждый день. Что нового? Разный счет, и только. А принцип-то тот же. Все те же «хомосапиенсы», те же конечности, тот же мяч. А в науке все неповторимо.

«Если я буду много грешить, то попаду редактором в отдел спорта. Буду праведным - науки.»

Из-за того, что все считают, что о науке писать можно только сложно и скучно, о ней мало, кто пишет. В этой области нет конкуренции. О науке также не пишут потому, что этому не учат на журфаках. Нет научных специализаций. Разве что в двух-трех институтах. А нет их, потому что на них не идут студенты. Такой вот замкнутый круг. И Григорий Тарасевич пытается его разорвать.

Кто сказал «мяу»?

В самом начале я сказала, что Тарасевич – это некая машина-демолятор в научно-популярной журналистике. И это действительно так. За последние 15 лет в России не появилось ни одного оригинального научно-популярного журнала. «Кот Шредингера» – это первый, уникальный отечественный проект от А до Я. Но особенный он не потому, что первый, а потому, что пишет о науке действительно так, чтобы читать о ней было не скучно. Если мы хотим популяризовать науку в стране, то это отличный пример, как это сделать.

Кто вообще мог додуматься скрестить науку и глянец? Ведь обложка журнала оформлена, как и у глянцевых гламурных изданий. Из журнала сделали яркое шоу. И дело не только в дизайне, хотя и от него многое зависит, но и в подаче материала.

Наука в СМИ несправедливо обделена. Не во всех даже изданиях есть отдельная рубрика. А если и есть, то представлена очень тухло. Научно-популярная журналистика в России спит. И чтобы ее не просто разбудить, но еще и заставить зарычать, как лев, мне кажется, надо брать пример с «Кота Шредингера», потому что мурчит он приятно и на правильной волне. «Кот» Тарасевича – это код как к развитию научно-популярной журналистики в России, так и к популяризации самой науки.

Дария ЛЕХНИЦКАЯ | 14 декабря 2015
 просмотров: 759 | комментариев: 0
комментарии
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Cобытия
1 сентября студенческие билеты получили первокурсники бакалавриата и магистратуры института ...
Люди
Геолог и путешественник Сергей Демченко рассказал "Первой линии" о своих таёжных приключениях ...
Город
Четвероногие врачи несут службу в петербургском центре «Романтики» для детей с расстройством ...
Хай-тек
Откровенный разговор с астрофизиком о Боге, фантазии, душе и жизни после смерти ...