Информационно-образовательный портал
Всегда на Первой
20 сентября 2017 г.
ЕВРО VS ДРАХМА

5 июля в Греции состоялся референдум о задолженности страны перед Международным валютным фондом. Около 61 процента голосовавших высказались против условий соглашения, выдвинутых кредиторами – МВФ, Европейской комиссией и Европейским центральным банком. Если это затянет текущие переговоры о финансовой помощи, страну может ожидать углубление кризиса, а также ослабление позиций в Европейском союзе. Оппозиционные партии и некоторые зарубежные лидеры, в свою очередь, считают, что по сути греки выбирали между “евро” и национальной валютой – “драхмой”. Эксперты прокомментировали корреспонденту «Первой линии» варианты развития событий после состоявшегося плебисцита.

Дмитрий Гавра, политолог, доктор социологических наук, заведующий кафедрой связей с общественностью в бизнесе

– На самом деле существует два относительно равно вероятных сценария развития событий. И в существенной мере характер этих сценариев зависит от того, каков предел договороспособности у греков. Внезапная для многих ночная отставка министра финансов Греции, – а это был ключевой игрок на переговорах, – говорит о том, что внутри кабинета Ципраса есть как радикалы, так и умеренные, и от того, насколько они будут готовы следовать условиям кредиторов будет зависеть, по какому из сценариев будут развиваться события. Первый сценарий вполне очевиден и заключается в том, что Греция остается в зоне “евро”, долги либо реструктуризируются, либо символически реструктуризируются, чтобы всем сохранить лицо; программа жесткой экономии становится менее жесткой (опять же, чтобы всем сохранить лицо), и в вялотекущем режиме Греция начинает выправлять свою экономику. Это все растягивается на десятилетия. К исходу, условно говоря, двадцати лет, дело может быть и дойдет до полного выполнения условий жесткой экономии, против которых греки сейчас выступают, включая пенсионный возраст – 67 лет, – и так далее. И второй вариант, с моей точки зрения, наименее вероятный – когда “коса найдет на камень”, и кредиторы – западноевропейские, скажем так, “тяжеловесы” – решат в воспитательных целях “поставить Грецию в угол”, лишат банки ликвидности и так или иначе вынудят греческую экономику и политику перейти на драхму. Такой вариант на сегодняшний день еще существует, но по той причине, что никто всерьез не просчитывал последствия для еврозоны выпадения из нее Греции, трудно говорить о конкретных последствиях возвращения драхмы. Бывают ситуации, когда население сплачивается вокруг лидера, если лидер сильный, и вдруг оказывается, что экономика, казалось бы, безнадежно больная, вдруг начинает выздоравливать. Это стало бы разительным примером для других больных экономик европейской периферии, и это автоматически нанесло бы удар по интересам крупным игроков, таких как Германия, Франция и Великобритания.

Для России любой такой кейс дает возможность если не на основных досках, то хотя бы на второстепенных (если иметь в виду шахматную терминологию) пытаться выстроить контригру. Уже звучат разного рода экспертные комментарии о том, что Россия могла бы помочь Греции с реструктуризацией долга, дать денег и так далее. Вполне понятно, что в сложившейся ситуации наше правительство заинтересовано в том, чтобы ярко выраженный антироссийский фронт ЕС был ослаблен, расколот; чтобы те силы, которые идут против течения, получили дополнительный сигнал о поддержке. Поэтому любые трудности и противоречия в стане оппонентов всегда становятся поводом для того, чтобы стране-игроку, находящейся в сложной ситуации, этим воспользоваться. Также не будем забывать, что кейс Украины и Крыма послужил изменению в повестке дня в Евросоюзе. Если еще два года назад ключевыми позициями были экономика и греческий долг, беженцы, внутренняя нестабильность, связанная с этническими напряжениями, то сейчас все эти вещи ушли на второй план, поскольку в лице России ЕС получил некоторую “символическую опасность”, которая их объединяет. И вполне очевидно, что за возможность обратно вернуться к европейской повестке, которая не была связана с конфронтацией с РФ, Россия, хочет она того или нет, должна заплатить. В данном случае, если получится – заплатить Греции. И если Греция не встанет на колени и не поползет к европейским грантам на брюхе, протянув руку, со словами “вернитесь, я все прощу”, а так или иначе сумеет подняться, да еще и с помощью России, то это будет важный сигнал: Россия заинтересована в европейской стабильности, в том, чтобы не было конфронтации, что Россия не агрессор и не нарушает правила вместо того, чтобы эти правила вежливо переписывать.

Татьяна Романова, кандидат политических наук, доцент кафедры европейских исследований ФМО СПбГУ

Собственно говоря, основное значение референдума для Греции в том, что руководство страны получило некую легитимность в переговорах с кредиторами, которые выдвинули достаточно жесткие условия. Правительство Ципраса пришло к власти в январе с обещанием снизить эти требования бюджетной экономии, которые предъявляются к Греции. Они были вынуждены пойти на переговоры с кредиторами и не согласились на их ужесточившиеся требования, что в некотором роде легитимировало позицию правительства. С политической точки зрения, обе стороны заинтересованы в том, чтобы сохранить Грецию в зоне евро, но непонятно, кто за это должен платить. По результатам референдума очевидно, что греки надеются, что им спишут очередной остаток задолженности, и дадут отсрочку в выплатах. Но кредиторы на это не согласны, и то, как дальше будут развиваться события, покажет саммит, который пройдет завтра в Брюсселе. Там, как раз-таки, лидеры Европейского Союза собираются, чтобы оценить последствия этого референдума и понять, есть ли возможность сохранить Грецию в зоне евро и какие приемлемые как для греков, так и для ЕС условия они могут предложить.

Сами греки хотят сохранить евро. И даже Ципрас говорил, что речь не идет о возврате к драхме, речь идет о том, чтобы условия, поставленные Греции, были более приемлемы для населения и не оказывали негативного воздействия на экономику страны. По большому счету, возможный выход Греции из Евросоюза – это тот аргумент, который использовали европейские политики, настроенные на то, чтобы Греция приняла условия кредиторов. То есть греки в большинстве своем хотят – и это показывают данные опросов, – остаться в зоне евро.

Если говорить о возможной помощи грекам со стороны России, то тут вопрос на самом деле в том, есть ли у нашей страны адекватные финансовые возможности для того, чтобы спасти Грецию. Денег на это нужно достаточно много. Я не вижу в России средств, достаточных для оказания той помощи, которую греки хотят. Были спекуляции о том, что Россия готова это сделать, но в рублевом эквиваленте. Понятно, что вряд ли греки на это пойдут. В общем-то, они разыгрывают российскую карту исключительно для того, чтобы добиться от европейских партнеров более приемлемых условий для себя, а не для того, чтобы подорвать целостность Европейского Союза.

Ольга ИВАНОВА | 6 июля 2015
 просмотров: 236 | комментариев: 0
комментарии
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Cобытия
1 сентября студенческие билеты получили первокурсники бакалавриата и магистратуры института ...
Люди
Геолог и путешественник Сергей Демченко рассказал "Первой линии" о своих таёжных приключениях ...
Город
Четвероногие врачи несут службу в петербургском центре «Романтики» для детей с расстройством ...
Хай-тек
Откровенный разговор с астрофизиком о Боге, фантазии, душе и жизни после смерти ...