English

Информационно-образовательный портал

РАБОТНИК ШИРОКОГО ПРОФИЛЯ

Поэт и автор-исполнитель, режиссер, актёр Молодёжного театра на Фонтанке, чьим голосом говорят персонажи персонажи фильмов "Пляж", "История Рыцаря", "Перл Харбор" и многих других – это всё про одного человека! Владимир Маслаков поведал нашему корреспонденту о гранях своего творчества.

Здравствуйте, Владимир Игоревич! Вы с 94-го года работаете в одном и том же театре. Никогда не хотелось что-то поменять?

Даже с 93-го. Официально с 1-го января меня оформили, а Спивак (Семен Яковлевич – художественный руководитель театра на Фонтанке. Прим. ред.) взял в ноябре.

Нет, хотелось поменять, и я уходил. У меня три заявления об уходе и конфликты со Спиваком серьёзные, такие что просто дым коромыслом стоял. Но человек очень сложно вообще куда-то переходит, это касается не только театра. Люди привыкают. Когда ты заходишь в ванную, у тебя щётка в стакане лежит справа. Получается физически-генетический какой-то уровень, это входит в кровь у нас. Поэтому путешествие – это стресс: ты в гостинице, и щётка у тебя уже не справа. А выключатель где? Ты же дома даже не думаешь, как включить-выключить, руки делают сами. А розетка где? И начинаешь ползать по гостинице, искать. У человека такая привычка бытового уровня, а уж что-то менять серьёзное… Поэтому и к театру привыкаешь очень тяжело, и переезжать сложно.

А почему вы решили сами поставить спектакль по Горину «Забыть Герострата»?

Это интересно любому, по-моему, актеру, тем более человеку, который пишет песни или стишки, т.е пытается что-то создавать, не исполнять. Роль тоже создаётся, конечная профессия актера, она глубокая и потрясающая, но хочется быть чуть-чуть автором: тебе режиссер предлагает такой вариант, а ты бы сделал вот так.

Интересно было попробовать, потому что это совершенно другая профессия. Казалось бы, вот рядом сидит режиссер, вот ты, и мы всё время вместе делаем спектакль. Какая разница, я тут сижу или там? Ну-ка, пересяду туда. И пересаживаясь, ты попадаешь в совершенно другой мир. Твои партнеры, друзья, которые только что говорили с тобой на одном языке, улыбались, и всё было прекрасно, как только ты пересел в кресло режиссера, поворачиваются к тебе и говорят: «Ну! Что делать?» И оказываешься уже отдельно от них, потому что начинаешь диктовать, что ты хочешь, либо вместе искать решения, но всё равно какие-то из них практически на каждом повороте, каждом шаге, должен принимать режиссер. «Как мы здесь делаем? Вот так?» Я считаю, как режиссер, что здесь нужно уйти налево, а артисты: «Направо и прямо, налево никак!» И ты элементарно должен сказать: «А я говорю, иди налево!» Могу объяснять, почему это нужно, или не объяснять, а могу сам не понимать, просто знать – налево.

Может быть, есть какой-нибудь другой театр в Петербурге, в который вам нравится ходить?

Да, мастерская Григория Михайловича Козлова, она находится в старом здании Буффа. Я всё очень хочу попасть на «Тихий дон», восьмичасовой спектакль. Он не может не нравиться, потому что там у ребят горят глаза. Вот чем берут всегда студенческие спектакли – они для себя открывают мир заново: «А! Здесь так можно сыграть! А тут так!» Потом, если ты становишься «профессионалом», в плохом смысле, не исходит этой искры, какого-то огня, энергия не доходит. Когда же горит у всех глаз, многие недочеты прощаются, а здесь их не так и много, т.е. это уже театр.

Вы поёте, пишете музыку, а как она к вам приходит?

Начну издалека. Я всегда один пел, а потом возникла группа МаслоРыбаКости: Костя Дунаевский, у которого сейчас своя группа, Рыбаков Сашка, потрясающий аранжировщик и композитор, очень классный. И когда мы попытались делать музыкальную сторону песен, я вдруг начал мыслить музыкой. Страшное дело: у меня была пара-тройка снов, когда я видел свои новые творения во всей аранжировке: басовую партию, соло, клавиши, трубу, какой ритм на гитаре, какой чёс идёт. Я всё это слышал, потому что был в полудрёме, и если бы владел нотной грамотой, то тут же бы встал и просто записал, а потом обратно лег спать. Получается песня была готова полностью: дальше оставалось только раздать ноты музыкантам и сыграть.

На самом деле это было потрясающее открытие, когда ты сам понимаешь, наверное, что чувствовал Бах или Моцарт. Представляю, какой кайф испытывали эти ребята: они же слышали всё! Это очень здорово.

В одном из интервью вы сказали, что в 18-ть лет первый раз прочитали Бродского, и вам не очень понравилось, но сейчас вы его декламируете, почему ваше мнение изменилось?

Мне не просто не понравилось – я до хрипоты спорил с редактором в ТЮЗе. Она говорила: «Это гениально!» Я: «Это всё математическое! Как арифметика какая-то. Так всё сложено и подогнано. Это же искусственно. Скучно!» Даже не знаю почему изменилось. Слава Богу, мы меняемся. А иначе как было бы? Всё равно Пушкину привет!

Как тогда получилось, что вы сами начали писать стихи?

Я стихи стал писать вообще поздно, в районе 30-ти лет, а сначала были песенки, и пытался сочинять их из подражания. Даже не из подражания, а под сильным влиянием Высоцкого. Я был такой однобоко-недалёкий в развитии ребенок: читал Шукшина и много, слушал только Высоцкого, вообще только Высоцкого, и точно знал, что буду артистом. Это состоялось. Знал, что буду петь – это не состоялось, потому что пою плохо. Я могу заняться этим, и чистенько, красивенько что-то исполнить, отрепетировав, но мне на это даже лень тратить время. Я считаю, что лучше тут махну и там махну ноту, другую, третью, ведь меня больше интересует суть самой песни, стишок. И бедный слушатель со слухом… я, наверное, не для него работаю.

Вы упомянули, что сразу знали: будете артистом. А никогда не хотелось попробовать себя в менее творческой профессии, например, где нужно что-то делать руками?

Во-первых, я закончил ПТУ-64. Я – кок загранплаванья, и, наверное, единственный, кто в советское время (в пту-64 так точно единственный), кто отказался от загранки. Не было в истории такого. Это же 87-й год, советский союз, железный занавес. Заграница – что-то заоблачное и непонятное. Наверное, только в 17-18 лет можно сказать: «Да! Мне это не надо! Я потом сам съезжу». Да и повар – творческая профессия. Но нет, это не моё совсем. Совсем не моё.

Во-вторых, я работал параллельно и кочегаром, если говорить про руки, и дворником, и уборщиком, когда ещё учился. Подрабатывал в театральных мастерских и красил, и плитку клал, даже сваркой баловался и напильником работал. Я квалифицированный работник широкого профиля! (улыбается) Да вот как-то с детства знал: буду артистом и всё.

Отчего же вы тогда решили учиться на кока?

В ПТУ я попал потому, что пошёл в 9-й класс, и, хотя получал довольно неплохие оценки (твёрдый середнячок среди сверстников, при этом не учился практически: у меня были футбол, хоккей, двор), меня не взяли в мою школу из-за поведения. Я был парень неудобный, наверное; мог ляпнуть что-нибудь, грубоватый. Но шёл в 9-й класс именно для того, чтобы после 10-го поступать в театральный институт, так и оказался в ПТУ: на год больше отучился ещё плюс профессию получил. (смеётся)

Владимир Игоревич, в силу особенностей профессии вы часто сталкиваетесь с журналистами. Как вы относитесь к их работе?

Я не могу судить журналистов. Если говорить про материалы, которые они пишут – их нужно знать и любить. Не профессию и не себя в профессии, не мастерство, с которым ты это делаешь, а то, о чем ты пишешь, о чем говоришь, о чем хочешь сказать. У Цветаевой есть замечательное эссе «Поэт о критике», там сказано: каким должен быть критик и, наверное, журналист. Мне кажется, нужно прежде всего писать и делать то, что тебе нравится, что ты любишь, тогда оно будет получаться. Не делайте ничего левой ногой. И, конечно, я бы хотел, чтобы грамотные журналисты были, не превращали русский язык в деревянно-публицистический. Пускай это и не литература, но синтаксис должен быть хороший. По сути, ещё и грамотно, и с любовью. Вот! Всё!

беседовала Александра СУББОТИНА | 4 февраля 2015
 просмотров: 1601 | комментариев: 0
комментарии
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:

Cобытия

CобытияЕсли вы не знаете, как писать тексты или снимать сюжеты, в которых ...

Читать полностью

Люди

ЛюдиОсновной период карантинных мер в России уже позади. Кто-то сетовал на скуку ...

Читать полностью

Город

ГородС ранних лет знакома эта эмблема: Медный всадник в перекрестье света прожекторов. ...

Читать полностью

Хай-тек

Хай-текЕще 100 лет назад никто бы не подумал, что маленькая металлическая коробочка, ...

Читать полностью
Чего не хватает Петербургу как туристическому центру?
Бесплатных карт для туристов
Указателей на английском
Цивилизованных мест для курения
Всего хватает
Все плохо

АВТОРИЗАЦИЯ

Логин
Пароль
запомнить
Регистрация
забыл пароль

Информационно-образовательный портал Санкт-Петербурга и Ленинградской области, созданный студиозусами Санкт-Петербургского государственного университета.