Информационно-образовательный портал
Всегда на Первой
21 ноября 2017 г.
ИРИНА И ЕЕ 300 ДЕТЕЙ

Около трехсот бездомных собак, два посменных работника и одна Ирина Субботкина – директор автономного некоммерческого объединения «Человек собаке друг», приюта в поселке Селезнево. Раньше он назывался «Надежда-Выборг». «Надежда» умерла не только в названии. Оно поменялось, но больше никаких перемен. Все также требуются рабочие, ветеринар, администратор с медицинскими навыками, помощь волонтеров, деньги на медикаменты и корма, стройматериалы для постройки карантинного блока, операционной, новых вольеров…

Миша, Нора, Муха и Ко

Чтобы добраться до приюта, нужно в Выборге сесть на автобус №12 и через 20 минут выйти перед переездом. Дальше надо идти вдоль железнодорожных путей по пустынной дороге с ухабами. Лучше быть в калошах или резиновых сапогах: грязь звучно чавкает под подошвой. Громкий лай и специфический запах укажут верное направление. Будет казаться, что вы приближаетесь к аду, где вас ожидает голодный Цербер. Но вскоре вы свыкнитесь с запахом. Вас встретит Ирина Субботкина, женщина небольшого роста в черном запачканном грязью комбинезоне с ухоженным лицом и ярко-голубым маникюром. У нее зазвонит телефон:

— Слушаю. Ага, ага. В ванную пусть посадят котят, а утром мы найдем, куда их пристроить… Там надо только 150 тысяч на этот забор!

Жестом она пригласит вас зайти внутрь через ворота. Вы перепрыгните огромную лужу и… На вас накинется не Цербер, а Миша. Большая сторожевая собака подскочит к вам и начнет ластиться. Подбежит Нора, прикоснется опасливо носом к вашей ладони и уткнется им в ноги. Замрет.

Пройдете дальше и увидите ведра, лопаты, тазы, пакеты, доски, лестницу. Покажется, что вы оказались на стройке. Но нет. Кругом собаки за высокими решетками вольеров. Кто развалится на деревянном помосте около будок и станет щуриться, подставлять морду мартовским лучам. Кто будет сновать туда-сюда, наступать на свиные и коровьи обглоданные ножки, валяющиеся на земле, лаять. Тыкать мокрые носы в дырки решеток, тянуться к вам, смотреть светящимися на солнце глазами цвета спелого каштана. Кто отправит мордаху своему совольернику в оттопыренное ухо, любовно начнет лизать и покусывать его. Другой присоединится, будет усердно чистить треугольновидный локатор брата. В вольере напротив кто-то попытается пристроиться сверху к своей соседке, ну или соседу. Урвать все, что дарует ему молодость и весна. Ирина договорит по телефону. Увидит, как разнузданный пес докучает соседа, и воскликнет:

— Ти мой-то золотой! Ути хоспади! Взрослеем!

Тут же услышите.

— Муха! А ну-ка давай фотографироваться!

Вы увидите женщину с фотоаппаратом. Она зайдет в вольер к подвижной, как шарик для пинбола, собаке Мухе. Та сделает пять кругов вокруг фотографа с поджатым хвостов на полусогнутых лапах. Подпрыгнет, поставит ей на плечи свои передние лапы. И оскалится. Этот оскал – знаменитая на весь приют улыбка Мухи. Она исполнит ее на заказ. Только скажите: «Муха! Ну-ка улыбнись!».

Фотограф — Надежда Рассахатская. Председатель и единственный член Попечительского совета приюта «Человек собаке друг». Фото Мухи и ее темно-шоколадных щенят она выложит в паблик приюта ВКонтакте, где нет и сотни подписчиков. Щенята выскочат из будки. И перед тем, как начать позировать, подбегут к миске с кормом. Опустят в нее морду вместе с одной передней лапой и захрустят.

Администрация и кастрация

Ирина 15 лет работает с бездомными собаками и называет их «детьми». Каждый месяц на лекарства и питание животных уходит порядка трехсот тысяч. В приюте много щенков, им не выжить без препарата Эссенциале, одна упаковка которого стоит тысячу рублей. Часть ежемесячных затрат жертвуют финны. Остальное Ирине приходится искать.

— С 2004 года я работаю с обществом защиты животных в Финляндии. Если бы не финны, я бы давно сдалась. У нас нет никого и ничего. Только два рабочих и я. Все делаю сама. Финны привозят стройматериалы, питание. Вольеры строили они.

Ирина не раз обращалась в администрации Выборга и Санкт-Петербурга. Ее открыто называли дурой. И повторяли: для вас денег нет. А между тем в приют привозят и подбрасывают собак со всего Северо-Запада.

— Властям в кайф то, что делаю. Я снимаю с них лишнюю головную боль. Это их работа: избавляться от бездомных собак. В Питере нам сказали, что помогут приютам, выделят средства на стерилизацию животных. В 2014 году вышел закон: собак бездомных не убивать, а стерилизовать. Это куда гуманнее убийства. Но пока никто собак не кастрировал. Нашему приюту ничего не выделили. Я перестала обращаться в администрацию. Меня там всегда пинали. Достало.

Надежда Рассахатская, в свою очередь, обращалась в Дом молодежи города Выборга. Но волонтерской помощи не дождалась: молодых людей интересуют только «дни обнимашек».

«Тэрвэ, тэрвэ!» и хлорка

Наш разговор прерывается: приезжает финка Лена. Она подходит к своему будущему питомцу и говорит по-фински «привет»: «Тэрвэ, тэрве!». Пес протягивает лапу. Они здороваются.

Ирина поясняет: «Наших собак забирают финны. За все время работы приюта несколько тысяч животных уехало в Финляндию. Как шутит наш работник, у кошки и собаки больше шансов свалить за границу, чем у нас».

По выходным в приют приезжают финны целыми семьями. Общаются с собаками, фотографируются, впахивают. Местные таксисты спрашивают Ирину: «Не дебилы ли, приезжать в выходной день, чтобы работать?»

— …А я им говорю! Это вы после работы идете пиво бухать и по девкам. А им в удовольствие приехать всем вместе и помочь. Вы бы видели, какие счастливые лица у финнов! И посмотрите, какие мертвые и угрюмые у нас! И вообще, мы слишком агрессивно настроены против животных. Забываем, сколько собак спасло людей во время землетрясений, пожаров, горных обвалов. А сколько собак-поводырей? Было бы лучше, если каждое утро по ТВ показывали не убийства, а веселые мордочки.

Ирине помогают немного русских. Например, Ольга Москалева, кинолог из Петербурга. Она адаптирует диких собак: они перестают бояться людей, начинают ходить на поводке и отправляются в семьи в Финляндию.

Об агрессии к животным Ирина говорит не просто так. Недавно в приют привезли двух собак из Петербурга, облитых хлоркой. Им разъело уши и лапы. Если бы не восьмидесятилетняя пенсионерка в норковой шубе, закрывшая собак собой, дворничиха бы изуродовала их еще больше. Она самовольно решила утилизировать собак с помощью подручных средств. На дворничиху старушка подала в суд и скорее всего выиграет. Деньги, которые получит за моральный ущерб и испорченную шубу, обещает отдать приюту. Пострадавшие собаки до сих пор не выходят из будки.

Не шаманы карму чистят

Ирина бы бросила работу. У нее дети, внуки. Но что делать с тремя сотнями собак? Выпустить на улицы близлежащих городов для игры в догонялки с властями?

Родной брат Ирины считал ее сумасшедшей. Приходил в гости и спрашивал ее мужа:

—Что она у тебя натворила? Как ты ее до сих пор не убил? Пять кошек, три собаки!

Муж удивлялся:

— Ну и что? У нас чистота. Сидят красавицы-девочки и нас радуют.

Через время брат стал уважать работу Ирины. Сам спас замерзшую собаку, выходил.

— Мне одна знакомая сказала: «Ира, возможно, в прошлой жизни ты была жестоким человеком. А сейчас расхлебываешься за все то, что натворила. Тебе дан шанс исправить карму».

Ирина не сдается. Хочет посеять клеверную лужайку, построить карантинный блок для щенков, операционную. Но нужны финансы и рабочая сила.

— Ко мне приходят женщины. Хотят взять собаку, пожертвовать копеечку приюту. Только боятся: что родные подумают? Еще придурошной назовут. Мол выдумала собакам каким-то помогать. Я хохочу в ответ. Говорю, не представляете даже, чего лишаете близких! Они новую сторону вашей души увидят. Благотворительность облагораживает. Если не собакам, то старикам, детям помогайте.

Гонщица с переломанным позвоночником

Ирина поведала одну из историй, ради которых ей хочется работать.

Однажды в приют попала собака со сломанным позвоночником. Таких обычно усыпляют. Они колясочники. С ними только в Германии возятся. Когда привезли собаку Ирине, она вместе с врачом не смогла усыпить ее. Собака скакала на передних лапах, ползала без передыха. По словам Ирины, «шикарная девка просто была», взглядом умоляла: «Оставьте меня живой!».

Хорошо, у Ирины есть контакт и с немцами. Собаку забрала немка Хейден. Ирина приезжала к ним в гости. Видела теремок, где жила «шикарная девка»: большие окна, кондиционер, радио, кровать с простыней. Хейден возила ее по клиникам. А когда подходила к собаке и спрашивала: «Где твой Феррари?» — та оживлялась, падала на пол, знала, что пора надевать коляску. В ней она носилась так, что никто не мог догнать. Отсюда и «Феррари».

Не всем так везет. Кому-то суждено прозябать на улице, кому-то быть задавленным машиной, кому-то залитым хлоркой. В целом питомцам этого приюта фартит. Многие потенциальные эмигранты. Однако некоторые сидят за решеткой годами. Они русских любят. Родных. Только от них помощи дожидаются редко. Еще реже русские приходят за ними. А если и забирают, то зачастую снова выбрасывают. И Ирина находит их на улицах Выборга. Да и самому приюту и Ирине живется не так сладко. Тут не до Феррари. Не Германия.

Злата ШАМШУРА, Ксения СИДОРОВА | 24 апреля 2015
 просмотров: 854 | комментариев: 0
комментарии
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Cобытия
CобытияВ день 100-летия Октябрьской революции легендарный корабль рассказал «Первой линии» о своих ...
Люди
ЛюдиВ честь 100-летия Октябрьской революции корреспондент «Первой линии» совершила путешествие с ...
Город
ГородПоднимаюсь по лестнице на факультете журналистики и по пути встречаю знакомых. Кому-то ...
Хай-тек
Хай-текИгорь Гришечкин – концепт-шеф ресторана CoCoCo, принадлежащего Матильде и Сергею Шнуровым. За ...