English

Информационно-образовательный портал

Сохранить лицо или сотрудников? Интервью с работниками «IKEA» и «Вкусно и – точка»

Милена Солдатенко, 23 Сентябрь 2022

Из-за ухода зарубежных компаний с российского рынка многие сотрудники в России оказались в режиме ожидания и неопределенности – в простое. Первое время работникам выплачивали зарплату и даже находили какие-то обязанности для застрявших в закрытых магазинах людей. Однако неубывающие расходы и остановившиеся доходы поставили компании перед выбором: сохранить бренд и гордо уйти или продать бизнес и не оставить сотрудников без работы? Сотрудники ушедшей «IKEA» и преобразовавшейся «Вкусно и точка» – о том, как жили в простое и как отнеслись к решению руководства.

«С сентября 19 тысяч сотрудников останется без работы»

Ксения, сотрудница «IKEA»

Пока мы были в простое, нас очень поддерживало руководство. Мы регулярно созванивались, делились проблемами, могли задать все интересующие нас вопросы, но ответ на главный, когда мы откроемся и вернемся к работе, не получали. Когда пошел слух, что «IKEA» откроется в августе, мы уже знали, что этого не произойдет. Нас предупредили, что это просто невозможно: не из-за причин политических, а из-за вещей весьма прозаических – нарушены цепочки поставок, вернуться к привычному режиму работы так быстро не получится никак.

Несколько месяцев мы занимались гарантийным обслуживанием товаров, убирались на складах и по десятку раз пересчитывали оставшиеся позиции. Те обязанности, которые раньше были на 3-5 сотрудников, распределили на десятки и сотни. Потом мы стали организовывать офисные мероприятия: матчи, настольные игры, тематические мероприятия. С одной стороны, это помогало держаться вместе, с другой – было постоянное ощущение, будто руководство уже не знает, чем нас занять, а как следствие – страх, что скоро нас уволят или сократят зарплату.

Рабочие часы у сотрудников оставались прежними и платили нам исправно. Безусловно, мы лишились премий и других плюшек за выполнение прежних обязанностей, но какое-то ощущение стабильности все же было. Мы, как и раньше, приходили на работу, смотрели тренинги, научно-познавательные фильмы, разбирали прошлые ошибки сотрудников, получали за это деньги и держались вместе. Кто-то пытался подыскивать новую работу, но сделать это было довольно сложно. Все привыкли к очень приятным в «IKEA» условиям: медицинской страховке, выбору рабочих часов и графика, частный пенсионный фонд. В других исконно-русских компаниях, которые точно никуда не уйдут, такое встретишь очень редко. В «Ашан» и «Леруа» с похожими условиями сразу побежали те, кто побоялся сокращения еще в марте, поэтому там попросту нет мест для новых сотрудников.

Большую часть жизни в простое мы надеялись, что протянем как можно дольше, но 15 июня главный офис компании созвонился с сотрудниками и объявил о том, что «IKEA» уходит окончательно. Весь июль и август мы еще работаем в уже привычном режиме, после чего 19 тысяч человек могут остаться без работы. Мы понимали, что рано или поздно это произойдет: кому нужно платить деньги работникам в стране, бизнес в которой не приносит прибыли? Однако мы ожидали перевода в дистанционный режим или сокращения, но не полного сворачивания лавочки, так сказать. В тот день нас отпустили пораньше, но заплатили как за полный рабочий день: многим нужно было оправиться от шока. Нам пообещали, что части сотрудников помогут устроиться, сказали, что надеются, что когда-то магазины вновь откроются и мы восстановимся на своих должностях, но пока о сроках никто ничего сказать не может.

Сколько придется ждать и стоит ли? Получится ли найти работу за два месяца? Пожалуй, эти вопросы мучают всех сотрудников, которых я знаю. Стоит помнить еще и о том, что большинство рядовых работников – это люди без образования. Ладно еще я, студентка, но матери-одиночки, отцы, на которых висит вся семья, люди с ограниченными возможностями – куда идти им, я просто не представляю.

С другой стороны, я, как и многие из моих коллег, считаю, что отчасти такое решение было правильным. Лучше пускай «IKEA» вернется через время и пригласит сотрудников обратно, но сохранит бренд, философию компании, качество вещей и мебели. Так не пострадает репутация бренда, а ушлые предприниматели, которые перекупят компанию, как McDonald’s, ничего не испортят. Я очень любила «IKEA» и как сотрудник, и как покупатель, поэтому отчасти рада, что «IKEA» не станет какой-нибудь «ИДЕЕЙ». Но как для человека, который очень любил свою работу и остался без нее, это очень обидно. Мне выплатят тройной оклад, но куда идти, когда эти деньги закончатся, я пока не знаю.

Открываемся – и точка

Антон, сотрудник «Вкусно и – точка»

Долгое время McDonald’s не уходил из России, и мы очень надеялись, что и не уйдет, но чуда не случилось. Мы узнали о прекращении работы компании в России прямо на рабочем месте, пока готовили заказы новым покупателям. Времени на слезы и шок особо не было: когда у тебя в ресторане куча народу, ты в первую очередь думаешь о том, что их нужно накормить, а не о том, как прокормишь себя, если лишишься работы.

Признаться честно, я не сильно паниковал, потому что знал, что KFC и Burger King никуда не уходят, так что без хлеба я не останусь и уж где-нибудь место себе найду. Однако я очень привык к своему коллективу, от ресторана, в котором я работал, мне было очень удобно добираться до дома и до учебы, поэтому терять свой маленький «ГМОшный» бриллиант мне не хотелось.

К счастью, нас не вышвырнули на улицу, а стабильно выдавали зарплату, естественно, без премий, но тем не менее. Еще нам отказали в ночных сменах, за которые платят больше, поэтому я лишился части своего заработка, но не катастрофичной. Мы продолжали ходить на работу, убирались в ресторанах, проходили обучение, делали учет оставшихся продуктов и их сроках годности. Иногда мы задумывались, что если нас все же уволят, то устроим из оставшихся продуктов пир, а то, что не съедим сами, продадим на каком-нибудь Авито или угостим местных бездомных. Одна из сотрудниц даже говорила, что если компания уйдет окончательно, то она пересдаст ЕГЭ и пойдет учиться в университет, другая – что вернется к работе инженера-конструктора на заводе.

Амбициозным планам свершиться не удалось: нас не просто не сократили, а еще и вернули к привычной нам работе, правда, под новым именем. Мы до последнего думали, что новости о продаже бизнеса – это всего лишь слухи, но когда убедились, что так оно и есть, запереживали еще больше, чем во время простоя. В воображении сотрудников нашей точки рисовался новый злой начальник, который уволит всех и наймет новых сотрудников на наши места. Например тех, кто готов работать за меньшие деньги и отказаться от скидок на обеды в ресторане. Спойлер: этого не произошло, и мы работаем все тем же коллективом за исключением пары человек, которым нововведения новых хозяев не понравились.

Когда мы увидели логотип и название после ребрендинга, признаться честно, мы бессовестно смеялись несколько часов. Первое время мы думали, что «Вкусно – и точка» вообще не заработает, или в нее просто никто не придет, но готовились к открытию, скрепя сердце. Тогда же и началась волна насмешек в интернете и скандалов с просрочками, плесенью и прочим. В нашей точке такого не было, но все равно работать было не очень приятно. Складывалось впечатление, будто мы на заведомо тонущем корабле, даже мои друзья отпускали не очень приятные шутки про моё место работы. Вряд ли кому-то понравится работать в месте, которое поливает грязью все интернет-сообщество.

Клиенты все равно приходили, потому что McDonald’s любили все, правда, частенько недовольно фыркали, когда спрашивали на кассе о пропавших из меню позициях. Одна посетительница со скандалом требовала сделать ей Макфлури нелегально и предлагала за это 500 рублей. Несколько раз у наших кассиров с опасением спрашивали: «А у вас точно не просрочка? Там нет плесени? Вы сами это едите?». Однако руководство нас успокаивало и заверяло, что ситуация стабилизируется. Так и произошло, и шум по поводу «Вкусно – и точка» утих.

Нам посоветовали более плотно работать с клиентами: подходить к столам, спрашивать, все ли понравилось, всю ли еду донесли, просить оставить отзыв. Сначала это раздражало, потому что за появившуюся новую обязанность никто не доплачивал, но потом все привыкли. Да и посетители оказались настроены вполне доброжелательно и приятно удивлялись особенному вниманию к их комфорту. В общем, теперь мы сглаживаем углы ресторанным отношением к клиенту в фастфуде, поэтому все не так плохо.

С точки зрения работника жизнь мало изменилась. У нас убрали часть премий, но пообещали добавить новые бонусы за хорошую работу, да и сама зарплата от этого не очень пострадала. Возможно, McDonald’s и был лучше, но я смотрю на вещи более приземленно: у меня есть работа, как и еще у десятка тысяч сотрудников, которые могли остаться без нее, поэтому я доволен.

Иллюстрация: Алиса Рогова

Rating 0 Просмотров: 232

Пока без комментариев

Фотостена

  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider
  • image slider

Александр Хохлов: как начать писать о космосе

Эксперт в области космического конструирования и популяризации космонавтики Александр Хохлов выступил с лекцией в стенах Высшей Школе Журналистики и Массовых Коммуникаций ...

Читать далее ...

Бросай кубики – игра началась

Реальный мир сегодня нестабилен и тревожен. Каждый ищет способы восстановления хотя бы внутреннего баланса. ...

Читать далее ...

Ленинградская АЭС провела долгожданный фестиваль стритфуда и сёрфинга

30 июля 2022 года в Сосновом Бору ЛАЭС провела фестиваль уличной еды и сёрфинга ...

Читать далее ...

Чего не хватает Петербургу как туристическому центру?

Всего проголосовало: 19

«Клиническая практика» – уникальный проект Санкт-Петербургского
государственного университета.

Это форма получения обучающимися
практических навыков без отрыва от
учебного процесса для решения задач,
поставленных клиентом

Информационно-образовательный портал Санкт-Петербурга и Ленинградской области, созданный студиозусами Санкт-Петербургского государственного университета.